Антон Сихарулидзе раскритиковал запрет музыки для Петра Гуменника перед Олимпиадой в Милане
Скандал вокруг выступления Петра Гуменника на Олимпиаде в Милане вспыхнул из-за музыки. 10 февраля 23-летний фигурист должен был кататься под композицию из фильма «Парфюмер: История одного убийцы» (18+), но незадолго до старта правообладатели запретили использовать трек.
Ситуацию прокомментировал Антон Сихарулидзе, олимпийский чемпион 2002 года: «Совершенно абсурдная ситуация: за три дня до Олимпийских игр спортсмен вынужден менять музыку. А значит, по сути, и программу. Такого не было никогда. Что дальше? В следующий раз, видимо, заберут еще и коньки — и будем кататься, как волк в известной серии „Ну, погоди!“, на своих когтях».
По словам источников, ранее Гуменник уже выступал под композицию из «Парфюмера» на международных стартах, и тогда вопросов к выбору музыки не возникало. Проблемы, как отмечается, начались накануне вылета спортсмена в Милан.
В итоге команда фигуриста оперативно пересобрала номер: Гуменник вышел на лед под «Вальс 1805» Эдгара Акобяна из фильма «Онегин» (12+). Тренер Даниил Глейхенгауз объяснил, почему остановились именно на этом варианте:
«Мы втроем послушали, сразу поняли: да, это оно. Из всех вариантов, которые были, наверное, это самый лучший. Она сильная, в ней есть хорошая мелодия, и в целом она даже чуть-чуть подходит. Конечно, мы не будем говорить, что это стопроцентно та же самая музыка, что „Парфюмер“. Ну конечно, нет. Но в данной ситуации мне кажется, это просто лучший вариант из возможных».
На этом, впрочем, испытания не закончились. В короткой программе Гуменник выступал первым — позиция, которую в фигурном катании традиционно считают неблагодарной: судьи только «настраивают линейку», а спортсмену желательно кататься так, чтобы вопросов не осталось вообще. По итогам проката он получил 86,72 балла и занял 12-е место.
Сам Глейхенгауз после выступления в эфире Okko признал, что результат мог быть выше, но подчеркнул: ставка на «идеал» в такой стартовой очереди особенно важна: «Конечно, маловато. Что сказать. Но и не было идеального проката, чтобы мы могли говорить про судейство. Выходя первым, нужно откатать идеально».